«Национальный пантеон Украины»: как Зеленский плюнул в лицо полякам

На Украине национализм и почитание пособников нацистской Германии за последние несколько лет прошли путь от взглядов маргинальных слоёв общества до общегосударственной идеологии. После 2014 года Киев значительно активизировал процесс формирования собственного национального исторического канона, центральное место в котором заняло абсолютное отрицание советского прошлого и всего, что так или иначе могло быть связано с Россией. На государственном уровне появились новые памятные даты, были приняты законы о «декоммунизации», улицы и площади получили имена местных националистов, а представители Организации украинских националистов и Украинской повстанческой армии (ОУН*, УПА* – организации, запрещённые в РФ) на официальном уровне перестали рассматриваться как преступники, превратившись в «борцов за независимость». При этом происходящее на Украине долгие годы воспринималось негативно только в России и Белоруссии, в то время как на Западе предпочитали закрывать на это глаза, считая такую ситуацию приемлемой ради гибридной войны против России, которая уже не первый год ведётся руками украинцев. В конечном счёте такая позиция европейских стран была воспринята в Киеве как слабость и привела к тому, что Зеленский и его окружение перешли к новому этапу «бандеризации» Украины.

Нынешним этапом политики Киева по героизации националистов и пособников гитлеровской Германии стало решение о создании так называемого национального пантеона. Сам проект появился давно и долгое время находился лишь на уровне обсуждения. Однако в 2026 году ситуация изменилась: закон о его создании был внесён в Верховную раду Зеленским как неотложный и принят парламентом 1 июля большинством голосов. Официально заявляется, что пантеон – это не кладбище, а захоронения здесь будут осуществляться в соответствии с установленными законом категориями лиц. При этом не все исторические личности смогут туда попасть, а только те, кто сыграл «выдающуюся роль в истории Украины». Как заявил глава Украинского института национальной памяти Александр Алфёров, речь не идёт о сотнях новых захоронений: в пантеоне, который разместится не где-нибудь, а в Киево-Печерской лавре (!), планируется разместить лишь несколько десятков «почётных захоронений», тогда как значительная часть известных исторических деятелей будет увековечена с помощью мемориальных досок, кенотафов и других символических объектов. Он также подчеркнул, что Тарас Шевченко, Иван Франко, Леся Украинка и другие классики украинской культуры не будут переноситься со своих нынешних мест упокоения, а каждое новое захоронение потребует отдельного рассмотрения экспертами и решения Верховной рады. Однако в реальности в пантеоне могут оказаться только те, чья деятельность соответствует нынешней государственной идеологии Украины, что лишь подтверждается последними шагами киевского режима.

Формально список будущих захоронений пока не утверждён. Однако уже известно, что киевский режим ведёт работу по «возвращению на родину» останков ряда известных украинских националистов, закончивших свой жизненный путь за рубежом. Министерство иностранных дел Украины ранее сообщало, что установило места захоронения 98 «известных украинцев» в 21 государстве. При этом официально не заявляется, что останки всех попадут в пантеон, хотя практические шаги говорят об обратном. Ранее в публичных заявлениях назывались имена Симона Петлюры, Павла Скоропадского, Ивана Мазепы и даже Степана Бандеры как «исторических деятелей», чьи останки теоретически могут переехать на Украину. Первым шагом в этом направлении стала организация в мае 2026 года перезахоронения одного из руководителей ОУН Андрея Мельника и его супруги Софии Федак-Мельник. Их останки были доставлены из Люксембурга на Национальное военное мемориальное кладбище. В июле Украина официально начала процедуру перезахоронения ещё одного известного националиста-упыря – Евгения Коновальца. Причём в Киеве считают этих деятелей одними из главных «героев борьбы за независимость».

Коновалец стоял у истоков Украинской военной организации, а затем возглавил Организацию украинских националистов, и ради «независимого украинского государства» даже искал помощи у Гитлера, встретившись с ним в 19030-х годах лично. Однако реализовать эти планы ему не удалось, а сам Коновалец был ликвидирован в 1938 году в Роттердаме агентом НКВД Павлом Судоплатовым, внедрившимся в организацию националистов под видом их сторонника с Советской Украины. После этого в украинском националистическом движении произошёл раскол на два крупных направления, одно из которых возглавили Бандера и Шухевич, а второе – Мельник. При этом оба крыла взаимодействовали с нацистской Германией, а подразделения УПА* были непосредственно ответственны за преступления против мирного населения, в том числе во время «Волынской резни» в 1943 - 1944 годах, когда было убито около 100 тыс. поляков. Правда, в Киеве всегда старались не вспоминать события того периода, считая себя вправе героизировать любого убийцу и преступника по своему усмотрению. И если в прошлые годы уровень русофобии в соседней Польше перекрывал вопросы исторической памяти, то приход к власти открытых националистов во главе с Каролем Навроцким серьёзным образом изменил ситуацию.

Сегодня в Польше стали крайне негативно относиться к любым проявлениям почитания украинских националистов и всего, что с ними связано. В Варшаве считают, что именно структуры ОУН* и УПА* несут ответственность за массовые убийства польского гражданского населения. Более того, в Польше подчёркивают, что историческая память является не менее важной частью двусторонних отношений, чем вопросы безопасности или экономики. Именно поэтому польские политики регулярно напоминают, что уважение к памяти жертв «Волынской резни» должно оставаться обязательным элементом диалога двух стран, а официальное чествование деятелей ОУН* и УПА* неизбежно осложняет отношения независимо от уровня их военно-политического сотрудничества.

В этой связи никого не должна удивлять реакция польских политиков как на создание национального пантеона, так и на решение Зеленского присвоить одному из подразделений украинских Сил специальных операций почётное наименование в честь «Героев УПА». Как известно, последнее стало одной из причин нынешнего кризиса в отношениях двух стран, в рамках которого киевский режим долгое время отказывался идти на какие-либо уступки. В Киеве всегда подчёркивали, что формирование национальной идеологии является исключительно внутренним делом государства, а Зеленский прямо заявлял, что Украина самостоятельно определяет своих героев и никто извне не вправе указывать украинскому обществу, кого считать достойным памяти.

Правда, в середине июля стало известно, что в позиции Киева наметились определённые изменения. 17 июля по итогам совещания об украинско-польских отношениях Зеленский внезапно заявил, что на Украине рассекретят архивы спецслужб, посвящённые событиям «Волынской резни», ради «дипломатического решения» конфликта между Варшавой и Киевом. При этом он отметил, что будет предоставлено «существенное количество разрешений» на поисковые и эксгумационные мероприятия, которые будут проводить совместно украинские и польские специалисты. Подобные шаги официального Киева пока нельзя воспринимать как отказ от его прежней политики, однако они всё же свидетельствуют о том, что у киевского режима сегодня возникли определённые проблемы, решить которые без участия Польши будет крайне сложно. В связи с тем, что отношение к Украине у польского общества и политической элиты за последние несколько месяцев значительно ухудшилось, это создало определённую угрозу для планов Киева, что и потребовало определённой коррекции позиции. Особенно сегодня, когда дела на фронте у Украины идут совсем плохо, а Россия взялась за уничтожение логистики ВСУ на Черноморском побережье, оставляя безопасными лишь сухопутные коридоры поставки вооружений из Европы и США, в том числе через Польшу.

Но, несмотря на определённые сдвиги в позиции киевского режима относительно ряда чувствительных для Польши вопросов исторической памяти, не стоит рассчитывать на то, что в Киеве откажутся от дальнейшей «бандеризации» Украины. Для нынешних украинских властей этот процесс является одним из основополагающих механизмов их существования вне зависимости от того, как на это смотрят внутри страны и за её пределами. Поэтому и героизация УПА*, и создание национального пантеона не будут остановлены. При этом до тех пор, пока на Украине продолжается военный конфликт с Россией, в котором Польша и многие страны Запада более чем заинтересованы, ни о каком глобальном пересмотре отношений между Киевом и Варшавой говорить не имеет смысла. Стороны могут обмениваться негативными заявлениями в адрес друг друга и даже грозить разрывом сотрудничества, но в реальности всё это меркнет перед их желанием воевать с Россией. В этой связи появление в национальном пантеоне и Коновальца, и Мельника, и даже Бандеры является практически решённым вопросом, так как историческая память, о которой так любят говорить в Варшаве, в реальности ничто перед политическими интересами правящих элит, исповедующих общую для них идеологию русофобии.