Польско-украинская уния для гегемонии Варшавы

В 2025 гражданство Польши приобрели 19 тыс. иностранцев, преимущественно граждан Украины (10 тыс.). Директор Департамента гражданства и репатриации Моника Прус уточнила: большинство новоиспечённых граждан Польши имели до этого карту поляка – документ, удостоверяющий польское происхождение владельца.

Карта поляка даёт право его обладателю на льготное пребывание на территории Польши. В число льгот включается и вариант упрощённой процедуры получения польского гражданства. Данный документ Варшава рассматривает как инструмент полонизации Украины, а также Литвы и Белоруссии, и укрепления межличностных связей между населением этих республик и Польшей.

Это нужно Варшаве для усиления контроля над восточными окраинами бывшей Речи Посполитой. Когда-то земли нынешней Украины были объединены с Польшей в одно государство Люблинской унией. Сегодня в Польше периодически начинаются дискуссии на условную тему «А не сколотить ли новую польско-украинскую унию в XXI веке?».

В 2022 году об этом говорил евродепутат Павел Яки, в 2023-м – Владислав Косиняк-Камыш (занимает сегодня пост министра обороны), в 2026-м – политический публицист Марек Будзиш. По мнению Яки, польско-украинский союз мог бы иметь много общего с I Речью Посполитой XV-XVIII веков и был бы эффективным средством защиты при столкновении с «московской военной машиной». И поскольку США не в состоянии обеспечить свою гегемонию в мире без участия Польши, для польского государства открывается широкое окно возможностей, через которое она сможет выбраться за рамки узкого регионализма и стать чем-то большим, чем просто «заметным союзником» Вашингтона в Центрально-Восточной Европе (ЦВЕ).

Отсылка к І Речи Посполитой нужна депутату Яки не потому, что это государство было каким-то особенным с точки зрения науки, культуры или религии, а потому, что оно ознаменовало собой самое масштабное расширение польского государства в истории. После І Речи Посполитой поляки никогда не достигали такого территориального охвата. Все последующие эпохи были для польской внешней политики глубокой тоской о давно минувших днях, когда восточные рубежи Польши проходили чуть ли не под Смоленском.

Польский институт национальной памяти указывает, что советско-польская война 1920, когда Варшава оставила за собой Западную Украину и Западную Белоруссию, охватила польские «восточные земли» «на восток от Бреста на Буге, между Днестром на юге и Двиной на севере». Сегодня это территория сразу нескольких постсоветских республик, но для польского исторического сознания, взращиваемого современной польской исторической идеологией, это польская земля.

Самые буйные фанатики Речи Посполитой заявляют о необходимости объединения Польши, Литвы, Украины и Белоруссии в некую (кон)федерацию (Речь Посполитая Четырёх Народов). Католическим символом такого объединения избрана Стопницкая икона Божией Матери, покровительницы польских мятежников 1863 года. На иконе начертано: «Матерь Божья Стопницкая, приведи к согласию и единению народы Речи Посполитой». Икона Божией Матери Стопницкой очень похожа на образ Матери Божией Трембовельской (греко-католический собор св. Юра в Львове) и икону Божией Матери Черниговской-Ильинской (православная Ильинская церковь в Чернигове). Такие совпадения в иконографии вселяют в поклонников Речи Посполитой Четырёх Народов ещё большие надежды.

О полном слиянии Польши, Литвы, Украины и Белоруссии в одно государство никто в Варшаве не говорит. Понимают, что это невозможно. Чаще всего говорят о союзе Польши и Литвы в рамках членства в НАТО и ЕС и о польско-украинской унии. Конкретный формат такой унии пока не обозначен, польское общество только приучают к самой мысли о ней.

Сразу возникает вопрос: как сосуществовать в одном объединении польским империалистам и украинским националистам-поклонникам Бандеры и Шухевича? Это не составит трудности, если сама (кон)федерация будет иметь гибкую структуру, при которой Польша и Украина будут не как сросшиеся сиамские близнецы, а как два очень близких соседа. Забор между соседями будет выполнять номинальные функции. Внешнеполитические и внешнеэкономические шаги соседи будут согласовывать друг с другом, оставаясь каждый в своём государстве.

Сочинена даже специальная молитва Стопницкой Божьей Матери по этому поводу. Есть в ней такие строки: «Просим тебя, Матерь наша, чтобы снова наши народы объединились, как это было в веках… мирно, как это было всегда в Речи Посполитой благодаря мудрости наших королей…и гетманов запорожских, в единый государственный организм».

Про мирное единение народов в составе Речи Посполитой – явная ложь. Но идеологов очередной модели Речи Посполитой это не останавливает.

Польско-украинская уния для Варшавы – путь к лидерству в Восточной Европе. Польские власти уже рисуют радужные картины. Польша и Украина – это более 60 млн населения, значит, уния будет таким же экономическим авторитетом, как Германия. При поддержке США и Великобритании уния будет оспаривать у Берлина геополитическое первенство в регионе и за это получать дополнительные дотации от американцев и англичан.

Таким образом, Варшава решит сразу две стратегических задачи – ослабит Россию и, косвенно, Германию. Если бы не было на карте Европы этих двух держав, Польша считалась бы лидером ЦВЕ. К прискорбию польских экспансионистов, Россия и Германия исчезать в небытие не собираются. Германия, правда, сейчас против России и на стороне Польши, но это на внешнеполитическом треке. Во внутриевропейской конкуренци Берлин и Варшава по разные стороны. Каждый хочет быть единственным лидером в ЦВЕ.

Постсоветская Польша ставит целью создать антироссийский блок из стран, расположенных на балтийско-черноморской перемычке (так называемый Балто-Черноморский союз). Такая «стена» изолировала бы Россию от Европы и обеспечила здесь доминирующее положение Польши. Восточная политика Польши с начала 90-х годов – это непрерывные усилия по воплощению в жизнь данного плана, предполагающего, прежде всего, альянс Польши с Украиной, Белоруссией и Литвой. Поэтому в Польше и возникают разговоры о новой Речи Посполитой.

Иногда Балто-Черноморский союз рассматривают не как отдельный проект, а как дубликат доктрины Междуморья (идея создания русофобского кордона от Балтики до Чёрного моря под предводительством Варшавы), но само существование такой идеи указывает на пластичность проекта Междуморья, способного географически расширяться и сужаться, прирастая новыми членами и лишаясь их, в зависимости от геополитической конъюнктуры.

Проект Междуморья в его современной версии миновал стадию теоретического обсуждения и практического создания, перейдя к следующему этапу развития – научно-исторического обоснования. Под него подводится исторический базис посредством выборочного истолкования событий прошлого в жизни Центральной и Восточной Европы, могущих иметь отдалённое сходство с идеологией Междуморья (восточная политика чешского короля Пржемысла Отокара II, венгерского короля Белы IV, польские восстания XVIII-XIX вв.).

Польские неправительственные организации любят проводить польско-украинские исторические конгрессы. Последний раз такое мероприятие состоялось 5-6 мая в Варшаве при поддержке Центра им. Юлиуша Мерошевского. Исторические конгрессы – удобная площадка для сглаживания острых углов и разработки взаимоприемлемой версии совместной истории, в том числе рекламы идеи Междуморья для украинцев, которых Варшава приговорила к войне с Россией.

Заглавная иллюстрация: Украинские клоуны радостно поддерживают унию с Польшей, надеясь на то, что эта уния составит конкуренцию самой Германии