Разгром польских мятежников при Краснобруде

Польский мятеж 1863-1864 годов, столь пафосно представленный в польской и белорусской националистической историографии, с самого начала не имел никаких шансов на победу. Повстанцам так и не удалось создать единую армию, поэтому они действовали разрозненными группами на огромной территории. Почти все сражения этого восстания, за редкими исключениями, с точки зрения военной науки больше похожи на небольшие стычки, чем на реальные битвы. Одним из примеров этого локального противостояния является бой при Краснобруде в Люблинской губернии, когда регулярные русские части, изначально попавшие в ловушку, легко опрокинули польских мятежников и полностью их разгромили.

В марте 1863 года на Люблинщине активно действовал партизанский отряд полковника Мартина Бореловского, пришедший из Подляшья. Как и прочие польские отряды, он был плохо вооружён и состоял из небольшого количества шляхтичей и вооружённых косами крестьян. Некоторое время мятежники действовали удачно и даже уничтожили небольшие магазины продовольствия, предназначенного для русских войск. Для борьбы с ними из Замостья был направлен отряд под командованием майора Якова Огалина, который быстро обнаружил лагерь Бореловского и начал его преследование.

Понимая, что оторваться от русских не получится, польский полковник решил заманить их в засаду в густых лесных зарослях. Ныне это место находится на территории природного заповедника святого Роха в Люблинском воеводстве. 22 марта 1863 года польские дозорные заметили приближающийся русский отряд (он состоял преимущественно из пехоты) и сообщили об этом своему своему командиру. В действительности они наблюдали не все силы Огалина, а лишь его авангард. Бореловский расположил немногочисленных стрелков в первой линии, а за их спиной укрыл основной отряд косинеров (крестьян с косами). Весь его расчёт строился на внезапности нападения и полной неорганизованности людей Огалина.

Первоначально полякам действительно сопутствовал успех. Неожиданный залп внёс расстройство в солдатские ряды, и русский отряд остановился, не наблюдая противника в пределах видимости. Ошибкой Бореловского стало то, что после обстрела он бросил своих людей в атаку, рассчитывая победить в рукопашной схватке. Увидев врага, русская пехота моментально восстановила дисциплину и добежавшие косинеры были встречены ответным огнём. Это моментально вызвало панику в разношёрстном польском воинстве, не привыкшем к стойкости регулярных войск.

Люди Бореловского даже не смогли организовано отступить, а ударились в паническое бегство. При этом значительная их часть была убита или попала в плен. Сам полковник, наблюдавший за боем со стороны, одним из первых ретировался, чтобы не попасть в плен. Бой в очередной раз показал, что даже внезапность нападения не может обеспечить вооружённому сброду победу над  отрядом русской армии. Впрочем, через некоторое время Бореловский опять начал партизанить, и был позже окончательно разгромлен в нескольких стычках с регулярной армией.

Заглавная иллюстрация. Бой русской отряда с польскими мятежниками на рисунке неизвестного автора